Меню
  • USD 72.91 -0.23
  • EUR 86.62 -0.22
  • BRENT 73.09 -2.90%

Мусульмане Белоруссии между польским орлом и турецким волком

Реджеп Тайип Эрдоган и Александр Лукашенко. Иллюстрация: newsru.com

Белоруссия справедливо ассоциируется со славянством и христианством. Однако в ней проживают представители различных конфессий, в том числе и мусульмане, которые за несколько веков внесли свой вклад в развитие белорусских земель и формирование культурных особенностей белорусов. Мусульмане, прежде всего польско-литовские татары (липки), неразрывно связаны с белорусами как гражданством, так и исторической судьбой, поэтому липки участвуют в процессах, происходящих в Белоруссии, в том числе и в наши дни.

В последнее время проявляются признаки системной работы соответствующих структур Турции и Польши по вовлечению мусульман Белоруссии в противоправную деятельность, направленную на разрушение Союзного государства России и Белоруссии, а также переформатирование белорусского общества в антироссийском духе.

Принято считать, что на территории современной Белоруссии татары оказались около 1397 года, когда великий князь литовский Витовт (Витаутас) разрешил поселиться в своих владениях бежавшему из Золотой Орды хану Тохтамышу и его спутникам. С тех пор выходцы из Золотой Орды стали массово селиться в Великом княжестве Литовском (ВКЛ). Татары получили от литовских князей наделы, а феодалы ещё и деревни, служили в войске ВКЛ и были полностью освобождены от всех податей, а взамен использовались в качестве «боеспособных воинских формирований с высокой мобилизационной готовностью», говоря современным языком. В итоге у литовских татар появилась своя шляхта (султаны и мурзы). Большинство же татар были воинами-земледельцами. Часть татар поселилась в городах и местечках, в которых они промышляли извозом, огородничеством, были скорняками, кожевенниками, портными и гончарами.

При этом следует отметить, что татары, будучи мусульманами, долго сохраняли своё уникальное положение в ВКЛ, а затем в Речи Посполитой, где они также служили в войске. Однако в более позднюю эпоху начались перемены, отражавшие изменения в тогдашнем устройстве общества и натиск польского католицизма. Статут Великого княжества Литовского 1566 года запретил татарам-мусульманам занимать государственные должности, тем самым принуждая их к переходу в католицизм. А статут Великого княжества Литовского 1588 года запрещал мусульманам, за исключением шляхты, быть свидетелями в судах (!). Затем в 1609, 1611 и 1613 годах татарам-мусульманам запретили быть ротмистрами, поручиками и хорунжими, то есть занимать даже младшие офицерские должности, что должно было крайне отрицательно отразиться на боеспособности войска (позднее эти запреты были отменены). А в 1616 году татарам-мусульманам запретили иметь христианскую челядь, покупать шляхетские владения и брать в жёны христианок (хотя эти три запрета успешно игнорировались).

Заметим, что это время наступило после создания Речи Посполитой и Брестской унии 1596 года, на которой Православная Церковь западнорусских земель признала главенство папы Римского и католические догматы. Всё это сопровождалось ополячиванием и окатоличиванием западнорусского дворянства, а также закабалением белорусских крестьян польской шляхтой и магнатами. То есть можно констатировать, что белорусы и татары одновременно стали жертвами польско-католического гнёта. Тенденции эти проявились и в другом. К середине XVI века татары утратили свой язык и перешли на старобелорусский язык, на котором писали арабской вязью. При этом у татар не было своих религиозных училищ и для разрешения богословских вопросов до разделов Речи Посполитой они вынужденно обращались к муфтиям Османской империи и Крымского ханства, хотя против последнего они нередко воевали в составе войск ВКЛ и Речи Посполитой. Характерно, что общины татар, имевшие автономный статус, сами выбирали мулл и муэдзинов, причем, согласно существовавшему обычаю, муллы и руководители общины должны были быть из шляхты. То есть можно констатировать, что структура татарского населения в основном совпадала с социальным устройством Речи Посполитой, где фактическая власть принадлежала польским магнатам и шляхте, исповедовавшим католицизм.

Наличие введённых ограничений для татар привело к тому, что многие из них перешли со старобелорусского на польский язык, тем более что старобелорусский язык был запрещён для применения в правовых актах Всеобщей конфедерацией сословий Речи Посполитой 29 августа 1696 года (а из делопроизводства его убрали во второй половине XVII века), а некоторые липки ещё и сменили вероисповедание, став католиками. Соответственно, вся эта тенденция сохранялась до конца Речи Посполитой. Например, в конституции 3 мая 1791 года, отражавшей прежде всего интересы польских магнатов и шляхты, католицизм был провозглашён единственной государственной религией, переход из католицизма в иное вероисповедание был запрещён под страхом наказания, прочим конфессиям разрешили лишь свободное отправление культа, хотя, например, деревянная мечеть в Минске была построена ещё в 1599 году и с тех пор использовалась по назначению. То есть эта конституция, в которой даже был термин «правительство польского народа», сохраняла и создавала все условия для ополячивания и окатоличивания белорусов, представленных в основном крепостным крестьянством, и татар, не принадлежавших к шляхте.

Последнее является реальным фактом. Например, предки польского писателя Генрика Сенкевича по отцовской линии были татарами, перешедшими в католицизм в XVIII веке. Поэтому участие татарских шляхтичей Юсуфа Беляка и Якуба Ясинского в восстании Тадеуша Костюшко 1794 года объясняется тем, что они, как и вся шляхта, имели те же интересы и статус, говорили на польском языке и были практически полностью интегрированы в польско-шляхетскую среду. Единственное отличие, при данных обстоятельствах совершенно незначительное, то, что они были мусульманами. Сам же Костюшко был поляком и католиком, выступавшим за ополячивание белорусов (см. «Белоруссия: враг в доме, пора проснуться!»), соответственно, ополячившись, Беляк и Ясинский предали старобелорусский язык — язык, на котором говорили и писали их предки. Кроме того, нельзя забывать о том, что с XVI века среди польской шляхты господствовала идеология сарматизма — идея о том, что польская шляхта происходит от древнего ираноязычного народа сарматов. Апелляция к древним кочевникам могла привлечь и татарскую шляхту.

После Третьего раздела Польши все литовские и белорусские татары естественным путём перешли в российское подданство. В 1797 году в Российской империи был образован Татарский уланский полк (данное название закреплено в 1807 году) из польско-литовских татар. Полк принял участие в Отечественной войне 1812 года, а также в заграничном походе Русской армии 1813—1814 годов. Для сравнения, Наполеон Бонапарт разрешил подполковнику Мустафе Ахматовичу сформировать эскадрон из польско-литовских татар лишь во время вторжения в Россию в июле 1812 года. Более того, известно, что солдаты Великой армии Наполеона разрушили татарскую мечеть в Прудянах (Трокский повет, ныне Гродненская область Белоруссии). Можно констатировать, что татары наряду с белорусами приняли достойное участие в борьбе с Наполеоном. Кроме того, вопреки змагарским бредням, на территории Белоруссии сторону Наполеона приняли лишь поляки-католики и ополяченные татары, то есть небольшая часть населения.

Для подтверждения этого нужно просто посмотреть на два факта. Во-первых, лица, активно сотрудничавшие с Наполеоном в Белоруссии, в подавляющем большинстве носили польские имена и были католиками шляхетского и магнатского сословий — Ян Конопка, Доминик Радзивилл, Ян Снядецкий и другие. В самой армии Наполеона было 90—100 тысяч поляков из Герцогства Варшавского, воевавших в Великой армии ради восстановления Речи Посполитой в границах 1772 года, самым известным из которых был маршал Юзеф Понятовский. Во-вторых, белорусское крестьянство активно участвовало в борьбе с наполеоновской армией и её приспешниками из числа польских помещиков, Витебщина и Минщина были центрами антинаполеоновского партизанского движения. Таким образом, Татарский уланский полк действовал в унисон с православными белорусами, считавшими Наполеона врагом.

Российская империя не забыла этого. В 1831 году после ноябрьского польского восстания белорусские мусульмане (по факту дворяне) были признаны шляхтой, а после указа от 25 июня 1840 года белорусские татары-дворяне смогли владеть имениями и крепостными крестьянами христианского вероисповедания. Белорусских татар охотно принимали на государственную службу. Единственным изменением было то, что в рамках борьбы с польским влиянием татарам запрещено было делать надписи на мизарах (кладбищах) на польском языке, который был заменён русским языком. Вследствие этого в польском январском восстании 1863 года татары Белоруссии практически не участвовали. Более того, есть косвенные признаки, что мусульмане Белоруссии пострадали от палача-русофоба, ненавистника православия и сторонника унии Константы Калиновского, автора «Письма Яськи-гаспадара из-под Вильно к мужикам земли польской». Так, среди установленных жертв польского повстанческого террора (по некоторым данным их было около 2 тысяч человек) значится гражданское лицо Гайнула (Ганула) Гогенберг (фамилию свою, скорее всего, он получил по фамилии бывшего владельца поместья), убитый в апреле 1863 года. Можно с уверенностью заявить, что этот человек наряду с белорусскими крестьянами и православными священнослужителями остался верен России и за это был убит польскими повстанцами.

Стоит также отметить, что во время Гражданской войны в России 1918 — 1920 годов польско-литовские татары оказались в рядах либо Белого движения (Яков Юзефович), либо в Красной армии (Искандер Тальковский), а Александр Базаревский успел послужить и у белых, и у красных. К сожалению, эти деятели не так хорошо известны в Белоруссии, как их соплеменники, сражавшиеся на стороне поляков (Гасан Конопацкий) или служившие у крымско-татарских сепаратистов и в Азербайджанской Демократической республике (Сулейман Сулькевич, а также братья Леон и Ольгерд Кричинские). Между тем это важный показатель, так как участие польско-литовских татар в войне на стороне белых или красных совпадает с поведением большинства белорусов, которые предпочитали белую или красную Россию полякам и их марионеткам из Белорусской Народной республики.

Судьба Белоруссии в межвоенное время оказалась связана с политикой Польши в отношении тюркских народов. Дело в том, что руководство Польши организовало в Варшаве в 1928 году для борьбы с Советским Союзом эмигрантскую организацию «Прометей» («Лигу угнетённых Россией народов»). В эту организацию вошли представители всех активных национал-сепаратистских движений бывшей Российской империи. Активнейшее участие в создании данной организации сыграл Мамед Эмин Расулзаде — один из ведущих деятелей и идеологов партии «Мусават» и Азербайджанской Демократической республики. Расулзаде известен тем, что выступал за отделение от России Северного Кавказа, Крыма, Средней Азии, Украины и Поволжья и последующее образование из них марионеточных государств, зависимых от Польши, то есть не ограничивался Закавказьем или территорией собственно Азербайджана.

Разработанная и декларируемая Расулзаде идеология была положена в основу деятельности организации «Прометей», которая руководствовалась её положениями по крайней мере до разгрома Польши нацистской Германией в начале Второй мировой войны. Этот мусаватистский лицемер, заявлявший о дружественности к русским и России в таком обрезанном виде, в 1931—1940 годы жил в Польше, где власти всячески поощряли национальную жизнь татар и всеми способами проводили этноцид белорусов. Примечательно, что Расулзаде, всю жизнь боровшийся с «русским империализмом», как будто бы совершенно не интересовался жизнью белорусского народа в Польше. Между тем наследникам Расулзаде, а также азербайджанским кругам, поливающим грязью пакт Молотова — Риббентропа и освобождение западных белорусов от польско-католического ига в результате Освободительного похода 1939 года, стоило бы повнимательнее изучить жизнь в Западной Белоруссии до 1939 года. Перечислим лишь некоторые факты:

  1. К 1938/39 учебному году все белорусские школы были переведены на польский язык обучения. Русскоязычные школы были закрыты ещё раньше. В этом же году по всей Польше насчитывалось всего лишь 218 студентов-белорусов (!). По состоянию на 1931 год 45% жителей Западной Белоруссии старше 10 лет были неграмотными. Преследовались любые национально-культурные организации, театры и пресса на белорусском языке вплоть до закрытия их по любому поводу или без повода. В 1936 году были, например, закрыты Белорусский институт экономики и культуры и Товарищество белорусской школы.
  2. Количество врачей было в 2,5−3 раза меньше, а койко-мест — в 6−14 раз меньше, чем в этнической Польше (на 10 тыс. человек населения).
  3. Западная Белоруссия являлась сырьевым придатком отсталой и стагнирующей польской экономики. 79% населения было занято в сельском хозяйстве. Отличительной чертой именно Восточных Кресов были крупное помещичье землевладение и широко практикуемое батрачество при малоземелье основного крестьянского населения.
  4. В трёх западнобелорусских воеводствах находились только 2,8% предприятий и 1,9% рабочих мест от их численности по стране в целом. Недельная зарплата рабочих в этих воеводствах была в 2−3 раза меньше, чем в Варшавском воеводстве.
  5. Широко применялись запреты на профессии, в массовом порядке увольнялись учителя, железнодорожники, военнослужащие, чиновники православного вероисповедания или не являющиеся поляками.
  6. Вытеснение и ликвидация православных храмов. К июню 1936 года в белорусских регионах Польши более 1300 православных храмов были обращены в костёлы.
  7. Проводилась политика тотального террора по отношению к белорусскому населению в целом и особенно к белорусской интеллигенции. Юридическим основанием этого стал декрет президента Польши Игнацы Мосьцицкого и правительства от 17 июня 1934 года об изоляции «социально опасных элементов». Немедленно был создан концлагерь в Берёзе-Картузской, по своим варварским порядкам не уступавший концлагерям немецких национал-социалистов.

Таким образом, учреждение в Белоруссии 17 сентября как Дня народного единства (воссоединения белорусских земель) является ударом не только по Польше, но и по таким польским помощникам, как Расулзаде и его современные последователи, работавшим над развалом России и поддерживавшим антибелорусскую политику Польши.

В современной Белоруссии, где существует и обеспечивается Конституцией свобода совести, ислам заметно присутствует. Этноконфессиональным нюансом является лишь то, что в белорусских переписях населения в категорию «татары» включают, помимо польско-литовских татар, и осевших в Белоруссии за последние десятилетия казанских, крымских и иных татар. Согласно переписи населения Белоруссии 2019 года, тремя крупнейшими мусульманскими народами — гражданами Белоруссии были татары (8 445 человек), азербайджанцы (6001 человек) и туркмены (5 231 человек), всего же в стране проживало 9413446 человек. Этноконфессиональные конфликты в этом направлении в современной Белоруссии отсутствуют, что является важным показателем гражданской сознательности и единства, особенно для отношений христиан и мусульман, и подтверждает наш вывод о полной многовековой встроенности мусульман в белорусское общество, в значительной степени обеспечивающей его стабильность.

Большинство мусульман Белоруссии исповедует ислам суннитского толка. Официально в Белоруссии зарегистрированы 24 суннитские общины и одна шиитская. Крупнейшим объединением мусульман Белоруссии является «Мусульманское религиозное объединение в Республике Беларусь» во главе с муфтием Абу-Бекиром Шабановичем. Вторым по значимости объединением является «Духовное управление мусульман Беларуси» во главе с муфтием Али Вороновичем. Деятельность этих двух организаций позволяет говорить о том, что они значительно различаются. Общим является то, что и Шабанович, и Воронович в августе 2020 года во время политического кризиса призвали общество к отказу от насилия и к миру, то есть последовательно выступали за соблюдение законности и гражданский мир в стране. Такая позиция делает им честь. В остальном же они имеют значительные различия, особенно в области внешнеполитического воздействия (спонсорство и другое), о чём говорят факты.

Начнём с «Духовного управления мусульман Беларуси». В конце ноября 2011 года Али Воронович подписал договор о дружбе с Саидом Исмагиловым, муфтием Духовного управления мусульман Украины «Умма», связанным с международной организацией «Братья-мусульмане» (террористичекская организация, запрещена в РФ). Характерно, что Али Воронович уже в сентябре 2012 года принял участие в исламоведческой конференции в Донецке, в которой также приняли участие Саид Исмагилов и союзная ему Всеукраинская ассоциация «Альраид», связанная с «Братьями-мусульманами». Воронович участвовал и в подобной конференции, которая прошла в Донецке в сентябре 2013 года, причём, как обычно, в ней принял участие Саид Исмагилов.

А теперь обратим внимание на следующий важный момент: в ноябре 2015 года мечеть Гомеля, которая относится к «Духовному управлению мусульман Беларуси», посетили сотрудники посольства Турции, в том числе атташе по делам религии Байрам Оздемир, одновременно являющийся представителем турецкого Управления по делам религии, причём намаз в мечети проводил лично Али Воронович. Далее, в июле 2017 года Али Воронович оказался одним из организаторов летнего лагеря для детей на Украине, организованном Всеукраинской ассоциацией «Альраид».

Но самыми важными являются события последних месяцев. 30 сентября 2020 года, в начале Карабахской войны Али Воронович отправил письмо послу Азербайджана в Белоруссии Латифу Сейфаддин оглы Гандилову. В этом письме белорусский муфтий фактически высказался в поддержку мирного решения Карабахского конфликта, но в пользу Азербайджана. А 10 ноября 2020 года после подписания соглашения Россия-Азербайджан-Армения Воронович написал письмо азербайджанскому председателю Управления мусульман Кавказа Аллахшукюру Пашазаде (формально он шиит), в котором поздравил азербайджанцев с победой в Карабахе.

Иначе выглядит позиция муфтия Абу-Бекира Шабановича. Дело в том, что именно к его муфтияту относится новая Соборная мечеть Минска. Её построили турецкие специалисты, во время открытия минской Соборной мечети в ноябре 2016 года присутствовали президент Белоруссии Александр Лукашенко, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, глава турецкого Управления по делам религии Мехмет Гёрмез, сам Абу-Бекир Шабанович, а также гости из России. Это событие позволило российским исламистам, поддерживающим Анкару, заявить, что ислам в Белоруссии будет ориентироваться на Турцию.

Примечательно, что известный своей антироссийской направленностью и ориентацией на Турцию портал «Голос Ислама» незадолго до этого дал ссылку на фильм о белорусских татарах, созданный финансируемым Польшей каналом «Белсат». Это действие позволяет говорить о наличии системной скоординированной атаки Польши и Турции против Белоруссии, имеющей целью привлечение мусульман Белоруссии на сторону змагарско-полонизаторской оппозиции. Однако характерно, что Абу-Бекир Шабанович не стал проводником турецкого влияния в Белоруссии. Так, в начале мая 2017 года Шабанович вместе с муфтием Эстонии Ильдаром Мухамедшиным посетили Крым, о чём гневно сообщил «вышиванный» муфтий Украины Саид Исмагилов. А 17 мая 2017 года Шабанович принял участие в международной конференции «Сотрудничество крымско-татарских общественных объединений Республики Крым с соотечественниками за рубежом».

То есть на основании этих двух сообщений можно сделать вывод о том, что Шабанович де-факто и де-юре признал принадлежность Крыма России. Видимо за посещение Крыма Абу-Бекир Шабанович попал на сайт украинских национал-радикалов «Миротворец». Более того, в августе 2017 года крымско-татарская община Белоруссии отказалась от сотрудничества с украинским посольством в сборе жалоб на российскую «оккупацию». Интересно, что в декабре 2017 года Шабанович вместе с епископом Бобруйским и Быховским Серафимом и послом Белоруссии в Азербайджане Геннадием Ахрамовичем принял участие в международной конференции «2017 год — год исламской солидарности: межрелигиозный и межкультурный диалог» в Баку.

Можно говорить о том, что муфтий Шабанович выступает против дестабилизации ситуации в Белоруссии и за развитие союза с Россией. Например, 4 февраля 2020 года «Духовное управление мусульман Республики Крым и Севастополя» и «Мусульманское религиозное объединение в Республике Беларусь» заключили соглашение о сотрудничестве. То есть в отличие от официального Минска один из белорусских муфтиятов де-факто и де-юре признал Крым неотъемлемой частью России. При этом Шабанович в октябре 2020 года вместе с представителями азербайджанской диаспоры (значительная часть диаспоры в Белоруссии исповедует суннизм) в мягкой форме поддержал Азербайджан в Карабахской войне.

Чем же это важно и как данные факты связаны с Турцией? Дело в том, что эрдогановская «Партия справедливости и развития» тесно контактирует с «Братьями-мусульманами». Поэтому «вышиванный» муфтий Саид Исмагилов, связанный с «Братьями-мусульманами», также ориентируется на Турцию. А так как Турция и Азербайджан открыто декларируют своё национальное единство («Одна нация — два государства» Гейдара Алиева) и политическую солидарность («Печаль Азербайджана — наша печаль, его радость — наша радость» Ататюрка), то многие азербайджанцы смотрят на проблемы мировой политики турецкими глазами.

В настоящий момент эта особенность очень важна в связи с конфликтом Белоруссии с Украиной. Турция все эти годы поддерживает Меджлис крымско-татарского народа (запрещен в РФ). Число сторонников Меджлиса среди крымских татар до 2014 года никогда не превышало 15−20%. В своём «Положении» Меджлис в 1991 году указал свои главные цели: «ликвидация последствий геноцида, совершенного советским государством в отношении крымских татар, восстановление национальных и политических прав крымскотатарского народа и реализация его права на свободное национально-государственное самоопределение на своей национальной территории». То есть они выступают за превращение Крыма в крымско-татарское государство, где прочие этносы станут гражданами второго сорта или будут выдавлены.

Власти Белоруссии пока официально не признали Крым территорией России. Между тем такая двуличная позиция официального Минска не привела ни к чему хорошему. Ещё в декабре 2017 года в интервью польскому «Белсату» лидер Меджлиса Рефат Чубаров заявил, что Белоруссия «действует в фарватере тоталитарной России». А в марте 2018 года в интервью змагарскому сайту «Хартия 97» Чубаров вообще призвал свергнуть Лукашенко сразу же после свержения президента России Владимира Путина. Не удивительно, что в августе 2020 года Чубаров поддержал протесты прозападной белорусской оппозиции, указав на то, что их главной целью является Россия. То есть получилось так, что отказ Лукашенко от признания Крыма обернулся лично против него, так как Меджлис вместе с украинскими национал-радикалами и властями Украины поддерживает змагарскую оппозицию.

Минску стоит призадуматься над этим и с другой точки зрения. В законопроекте президента Украины Владимира Зеленского «О коренных народах Украины» крымские татары отмечены как коренной народ, который имеет право на самоопределение. Это означает официальное признание со стороны Киева того факта, что с 1991 года все украинские власти делали всё для дерусификации Крыма и превращения его в крымско-татарское государство под покровительством Турции, которое могло бы претендовать на членство в ЕС и НАТО. Последнее не случайно, так как Меджлис поддерживает членство Украины в НАТО и ЕС.

Бездействие и пассивность белорусских властей в отношении украинских мусульман-туркофилов опасна и в связи с войной в Сирии. Белоруссия официально признаёт легитимность президента Сирии Башара Асада. Турция же является одним из главных противников Асада, именно Анкара поддерживает так называемую умеренную сирийскую оппозицию, основу которой составили сирийские «Братья-мусульмане». Имеет это отношение и к Украине — соседу Белоруссии. Дело в том, что «Меджлис крымско-татарского народа» и «вышиванный» муфтий Саид Исмагилов поддерживают Турцию и протурецкую сирийскую оппозицию в войне с Башаром Асадом (см. «Сирия в противостоянии с Украиной и Турцией — история конфликта»). Таким образом, протурецкие исламисты, Меджлис, украинские власти и змагарская оппозиция — это союзники в деле свержения Лукашенко и признаваемого официальным Минском Асада. Более того, исламизм стал оказывать влияние даже на самих белорусов. Например, воевавший на Донбассе в составе украинского карательного батальона «Торнадо» уроженец Бреста, бывший неонацист-неоязычник Даниил Ляшук принял ислам и стал Даниялом-аль-Такбиром. Ещё более характерным является фрагмент из интервью бойца Эдуарда (Расула) Муравицкого змагарскому изданию «Наша Нiва» в феврале 2015 года:

«НН»: Стал ли ты в меньшей мере ощущать себя белорусом, после того как перешел в ислам?
РМ: Я сменил веру, а не родину. Впрочем, совершать намаз можно хоть в вышиванке — главное, чтобы одежда не была запятнана ни кровью, ни чем-то ещё.

В данном фрагменте налицо видна главная проблема змагаров — постоянная необходимость доказывать отличия белорусов от русских в условиях отсутствия чётких этнических, языковых, культурных и религиозных признаков таких отличий. Более того, здесь же видно двуличие змагарской пропаганды. С одной стороны, змагары повторяют бредни польского псевдоэтнографа Франтишека Духинского, считавшего великороссов («москалей») смесью татар и финно-угров, а белорусов и украинцев настоящими славянами. С другой стороны, змагары на свой лад любят рассказывать о жизни татар в ВКЛ и гордятся тем, что город Ивье в Гродненской области является неформальной столицей татар.

В политической же сфере эта идеологема заключается в том, что почему-то «чистокровных славян«-змагаров постоянно тянет на союз с различными антироссийскими мусульманскими кругами, например, лидер Белорусского народного фронта католик Зенон Позняк пел осанну президенту Ичкерии Джохару Дудаеву, а змагарская организация «Молодой фронт» призывала к отделению от России Чечни, Ингушетии и Дагестана. Сейчас змагары также не отказались от данной практики, о чём поведали Нафис Кашапов (в последние годы проживает в Польше) и его брат Рафис Кашапов, бывший глава отделения Всетатарского общественного центра в Набережных Челнах (организация запрещена в РФ, сам Рафис Кашапов живёт в Великобритании). Кашаповы радостно сообщили, что проживающие в Варшаве змагары в октябре 2020 года приняли участие в истеричном бесновании по случаю очередной годовщины взятия Казани войсками Ивана Грозного. То есть змагары умудряются обвинять русских в том, что в их жилах течёт много татарской крови, но сами при этом братаются с татарскими национал-сепаратистами!

Характерно, что белорусские мусульмане считают искусственным и лживым позиционирование белорусов как отдельного и враждебного к русским народа. Например, муфтий Али Воронович в интервью в феврале 2012 года сказал:

«Один человек как-то сказал в шутку, что „у нас в Ивье три религии — татарская, русская и польская“. „А как же белорусская?“ — спросили его. „А белорусы есть русские (православные) и поляки (католики)“ — отвечал он».

Эта шутка является чистейшей воды правдой, так как среди змагаров в религиозном плане большинство исповедуют католицизм, униатство и протестантизм и лишь незначительное число принадлежит к адептам самостийно-раскольничьего православия. Все они по политическим причинам ненавидят каноническое православие и Белорусский экзархат. Тем характернее то, что Польша пытается использовать мусульман против нынешних белорусских властей. Например, в августе 2019 года финансируемый Польшей телеканал «Белсат» особо выделил слова Али Вороновича о том, что власти Белоруссии не разрешают его муфтияту строить новые мечети.

Следует обратить внимание и на тот факт, что «Духовное управление мусульман Беларуси» намерено осуществить перевод смыслов Корана на белорусский язык. Эту идею можно было бы приветствовать, так как мы видели, что татары сохраняли старобелорусский язык до поглощения ВКЛ Польшей и начала ополячивания и окатоличивания белорусов и татар. Однако в данном случае вызывают тревогу слова Али Вороновича, сказанные им в феврале 2021 года:

«В Киеве наш белорус уже перевел его, на это у него ушло три года, сейчас готовится к изданию».

Это издание готовится в Киеве, а отнюдь не в Минске.

С 2014 года в Киеве хорошо себя чувствует своеобразная группа граждан Белоруссии, таких как командир разведки неонацистского батальона (сейчас — полк, запрещен в РФ) «Азов» Сергей Коротких («Малюта») и недавно арестованный Роман Протасевич. То есть повод для беспокойства существует. Кроме того, в январе 2015 года КГБ Белоруссии задержало под Минском сторонников экстремистской организации «Хизб-ут-Тахрир» (запрещена в РФ). Отметим важный момент: «Хизб-ут-Тахрир» до 2014 года вольготно чувствовала себя в Крыму. То есть можно утверждать, что экстремистские движения змагарского и исламистского толка, враждебные Белоруссии, давно имеют базу на Украине в лице её спецслужб.

Что же это всё значит для Белоруссии? Во-первых, события прошлого и настоящего говорят о том, что липки давным-давно инкорпорированы в белорусское общество. Соответственно, дискриминация и ополячивание татар совпали с ополячиванием, окатоличиванием и закрепощением белорусских крестьян, то есть с общим гонением на православие. Во-вторых, исходя из первого пункта, недопустима героизация в Белоруссии Юсуфа Беляка и Якуба Ясинского, а также других ополяченных татар, сражавшихся за полонизацию и окатоличивание белорусов. В-третьих, налицо — скоординированная информационно-идеологическая атака Польши и Турции, в которой пытаются задействовать мусульман Белоруссии, вовлекая их в деятельность змагарской оппозиции.

Чтобы успешно противостоять этой атаке, властям Белоруссии следовало бы на государственном уровне чествовать липок, сражавшихся против Наполеона в Отечественной войне 1812 года, а также в рядах Русской императорской армии в годы Первой мировой войны. Стоило бы не забывать и о тех липках, кто в годы Гражданской войны 1918−1920 годов оказался в рядах белых или красных, сражался за Россию и выступал против польско-католического владычества в Белоруссии. В-четвёртых, информационно-идеологическое противостояние Польше и Турции будет успешнее, если власти Белоруссии возьмут на вооружение идеологию западнорусизма, культурно и религиозно связанную с каноническим православием.

Господство западнорусизма среди самих белорусов будет хорошим примером для липок и других мусульман Белоруссии, не приемлющих полонизации и змагарских бредней. В-пятых, на примере Меджлиса крымско-татарского народа власти Белоруссии могут убедиться в том, что попытка занять нейтральную позицию в конфликте России и Украины из-за Крыма обернулась лично против президента Лукашенко. Меджлис наряду с другими украинскими мусульманами-туркофилами, украинскими национал-радикалами и официальным Киевом поддерживает змагарско-полонизаторскую оппозицию и стремится к насильственной смене власти в Минске.

В таких условиях Белоруссии уже будет недостаточно признать Крым частью России. Ради сохранения собственной власти и защиты населения от змагаров Лукашенко придётся оказывать посильную помощь России, а также ЛДНР в конфликте с Украиной. Соответственно, из-за враждебной политики официального Киева Лукашенко следует признать, что освобождение Юго-Восточной Украины от украинского владычества уменьшит угрозу для Белоруссии на южном направлении. Органам власти Белоруссии пора учесть эти деструктивные факторы и начать действовать на опережение, не дожидаясь момента, когда её граждане-мусульмане будут втянуты Турцией и Польшей в процесс дестабилизации положения в стране.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2021/06/14/musulmane-belorussii-mezhdu-polskim-orlom-i-tureckim-volkom
Опубликовано 14 июня 2021 в 09:11
Все новости
Загрузить ещё
Актуальные сюжеты