Русские школы Латвии: проигранная битва

полная версия на сайте

Недавний запрет русским школьникам сдавать экзамены на родном языке был воспринят в Латвии относительно спокойно. Это свидетельствует о том, что местная русскоязычная община, потерявшая за минувшие годы большинство пассионариев, смирилась с перспективой ассимиляции и на массовый протест уже не способна.

Протесты немногих

Парадоксальный факт: в соседней России очередной акт наступления на права соотечественников фактически поощрили тем, что дали латышам надежду на возобновление транзитных перевозок в былом объёме. Правда, представитель МИДа РФ Мария Захарова выразила дежурный протест. Она заявила, что запрет правительством Латвии сдавать школьные экзамены на русском языке был принят без учета мнения представителей нацменьшинств и педагогического сообщества. По мнению Захаровой, данная дискриминационная инициатива является «очередным этапом планомерно реализуемого официальной Ригой плана по выдавливанию русского языка из различных сфер жизни этого многонационального государства». Захарова отметила, что это «далеко не первый провокационный шаг в отношении нетитульного населения страны». Речь идёт, в частности, об уже принятых законодательных поправках, позволяющих увольнять «нелояльных» учителей, многократном увеличении штрафов за неиспользование латышского языка и других инициативах. «Хочется задать риторический вопрос: почему же опять безмолвствуют профильные международные организации, такие бдительные и словоохотливые, когда речь заходит о якобы имеющихся проблемах в этой или аналогичных сферах в Российской Федерации?», — риторически вопросила Мария Захарова.

Однако, безмолвствуют не только международные инстанции, но и сами русскоязычные соотечественники Латвии. Единственными из них, кто громко возвысил голос в знак протеста, оказались представители «Русского союза Латвии» (проигравшего все последние выборы и не имеющего своего депутатского представительства в стране), а также отдельные, очень немногочисленные депутаты оппозиционного «Согласия». В частности, член правления РСЛ Мирослав Митрофанов в беседе с порталом RuBaltic.ru рассказал, что латышские политики настаивают на том, что существование двух параллельных систем в образовании (на латышском и русском языках) является признаком сегрегации и, соответственно, дискриминации. То есть, все дети должны учиться на одном языке, а для этого необходим постепенный переход к обучению в школах нацменьшинств на латышском. На практике, правда, из борьбы латышских политиков с «дискриминацией русских детей» получается нечто совсем противоположное. «Мы уверены, что полный переход на латышский язык на экзаменах приведёт к тому, что у части учеников русских школ окажутся искусственно заниженными итоговые оценки. А поскольку итоговый средний балл по госэкзаменам служит „пропуском“ в высшее образование, заниженные из-за смены языка оценки помешают выпускникам поступить на бюджетные места в латвийские вузы. Тем самым правящий истеблишмент искусственно поддерживает дискриминацию русских и дает преференции латышским выпускникам, которые обучаются на своём родном языке», — отмечает политик.

Митрофанов обвинил латвийские власти в фальсификации международного права. «Латышские политики трактуют международное право, исходя из своих идеологических установок, что привело даже к жульничеству с латышским переводом упомянутой мной конвенции (речь идёт о конвенции „О борьбе с дискриминацией в области образования“ — EADaily). Так, в изначальных английском и русском вариантах сказано, что эти случаи „не рассматриваются, как дискриминация“ (shall not be deemed to constitute discrimination), а переводной латышский вариант гласит, что „эта ситуация не должна способствовать дискриминации“ (šāda situācija nedrīkst veicināt diskrimināciju). То есть был полностью изменён смысл. Выучившиеся в последние десятилетия юристы, а также многие правящие политики, видевшие конвенцию только на латышском языке и не пользующиеся иностранными первоисточниками, уверенно говорят, что система параллельных школ способствует дискриминации. Вся их уверенность основана на ложном тексте», — уверяет сопредседатель «Русского союза Латвии».

Также политик выразил сомнение в том, что такая ошибка случайна. «Когда идёт работа с международными договорами, они проходят через большое число специалистов: редакторов, корректоров, экспертов и „политических комиссаров“. Я не верю, что ни один из них за десять лет не заметил скандальное отличие латышского перевода от оригинальных текстов на языках ООН. Изначально это отличие могло быть ошибкой перевода. Однако её решили не исправлять, чтобы держать в заблуждении собственный, латышский народ и убеждать его в законности уничтожения школ нацменьшинств. Хотя на самом деле международное право говорит совершенно об обратном», — говорит Мирослав Мирофанов. Однако, как представляется, попытки ловить латышские власти на передергиваниях и манипуляциях вряд ли приведут к какому-либо результату. Государство уже многие годы проводит в отношении русской части населения совершенно определённую политику — и приостановить её способно лишь появление очень мощных внешних факторов.

«Пар» из «котла» сброшен

Тот же Митрофанов в эфире радио Baltkom поделился следующими соображениями. «Международная обстановка нормализуется. Хоть на Донбассе все ещё постреливают, но не так, как это было несколько лет назад. Когда межгосударственные отношения начинают улучшаться, местные власти получают мощный мотив не бояться ухудшений или последствий для себя, поэтому можно делать очередной шаг по сужению прав и нарушению интересов русской общины Латвии. То есть, когда ситуация плохая, латвийские власти побаиваются давить „своих“ русских. Сейчас этот страх проходит, значит, наступление на наши интересы и права возобновилось», — резонно отметил оппозиционный политик.

К этому можно добавить, что в данном случае Москва в сущности сама же «поощрила» латвийские власти к тому, чтобы запустить новый виток дискриминации. Практически вслед за новостью о запрете на русский язык для экзаменуемых школьников последовало известие о первом за четыре года заседании латвийско-российской межправительственной комиссии. Принимавший в нём участие с российской стороны министр транспорта РФ Максим Соколов сказал журналистам, что подписанный протокол заседания комиссии является свидетельством возобновления сотрудничества обеих стран в сфере экономических и социальных вопросов. При этом, сами же латыши не преминули ритуально плюнуть в протянутую руку. Госсекретарь МИДа Латвии Андрей Пилдегович обвинил РФ в «аннексии Крыма» и заявил, что Рига выступает против отмены антироссийских санкций. Представитель Латвии в НАТО Индулис Берзиньш дал понять, что считает Россию страной-изгоем и добавил, что Москву «раздражает сам факт успешного существования балтийских стран».

Складывается впечатление, что ситуация с русскими школами уже никого почти не тревожит. Впрочем, глава «Русского союза Латвии» Татьяна Жданок заявляет, что РСЛ требует тех же прав для русского языка, которые были в советское время у латышского. «Сейчас есть независимая Латвия, есть государственный латышский язык, и никто не возражает. Но и русский язык должен иметь официальный статус как минимум в тех регионах, где есть значительный процент русскоязычных», — напоминает политик. Однако, тут нужно напомнить, что РСЛ ныне сведён до уровня маргинальной антисистемной партии, его влияние незначительно. Гораздо интереснее позиция мощного «Согласия», сосредоточившего в своих руках голоса абсолютного большинства русскоязычной общины и, кстати, в своё время немало сделавшего для того, чтобы «вытоптать» «русскую поляну», маргинализировав и дискредитировав всех своих прямых конкурентов типа того же РСЛ. В рядах «Согласия» есть отдельные политики, пытающиеся защищать образование нацменьшинств — например, руководитель Латвийской ассоциации в поддержку школ с обучением на русском языке (ЛАШОР) Игорь Пименов или депутат самоуправления Юрмалы правозащитница Елизавета Кривцова. Но не они определяют моральный «климат» в партии.

Общую позицию «Согласия» выразил глава её парламентской фракции Янис Урбанович — и по его словам, «согласисты» сейчас вступать в борьбу за русские школы не намерены. Такая политика объясняется тем, что поскольку избиратель не проявляет желания массово протестовать по данному вопросу, то и представляющим его политикам этого делать не надо. Мы крайние, что ли? «Если одно только „Согласие“ в парламенте будет отстаивать школы, все успокоятся, и мы, как всегда, останемся в одиночестве. Раз есть, кому бороться, остальные могут забыть о проблеме. Так всегда бывает. Поэтому наезд на школы будет продолжаться до тех пор, пока сами люди — родители, педагоги — не возмутятся этим. Причём они должны так возмутиться, чтоб ни у кого из политиков не осталось выбора — комментировать это или идти становиться рядом в пикет и искать решение проблемы. Я хочу, чтобы люди, которых задевает эта проблема, организовались и возглавили это движение. А я буду вместе с ними. Это неправильно — назначать бессменного „дежурного по стране“ вроде партии „Согласие“ и всегда у него спрашивать, что делать», — оправдывается Урбанович.

В 2003—2004 годах на митинги в защиту русских школ выходили порою по несколько десятков и даже сотен тысяч человек — родители, дети, педагоги, представители неравнодушной общественности. Однако, с тех пор Латвия вступила в Евросоюз, границы открылись и начался до сих продолжающийся массовый исход населения в другие государства в поисках лучшей жизни. И в первых рядах уезжали именно представители русскоязычной общины — самые пассионарные, энергичные и трудолюбивые. Таким образом, власти «сбросили пар» в закипающем «котле» и теперь угроза взрыва исчезла. Проиграв коллективно, люди избрали индивидуальные способы спасения и «голосуют ногами». В этой ситуации дальнейшая борьба за сохранение остатков русского образования в Латвии уже вряд ли принесет какие-то плоды…

ВЯЧЕСЛАВ САМОЙЛОВ

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2017/08/20/russkie-shkoly-latvii-proigrannaya-bitva
Опубликовано 20 августа 2017 в 15:49