Меню
  • USD 74.60
  • EUR 84.19
  • BRENT 73.69 +1.17%

Третья русско-японская: когда Токио решится на войну за Курилы?

Фумио Кисида. Иллюстрация: gazeta.ru

Премьер-министр Японии Фумио Кисида прервал рабочую поездку по стране и вернулся в Токио в связи с ракетными пусками КНДР. Пока, правда, не очень понятно, что это была за ракета, куда именно она была выпущена и насколько угрожала Японии. Однако очевидно, что именно Токио, а не Сеул или Вашингтон, которые являются главными потенциальными противниками Пхеньяна, больше всего озабочен корейской ядерной программой.

Возможно, японцам и впрямь есть чего бояться, учитывая историю взаимоотношений с Кореями. Зато эти страхи вполне можно использовать как оправдание наращивания военных расходов.

Комментируя вчерашние северокорейские пуски, Кисида заявил журналистам, что власти Японии планируют усиливать оборонительные возможности страны.

«Мы решительно осуждаем ракетные пуски Северной Кореи. Они являются нарушением положений резолюций СБ ООН. В целях безопасности граждан я наказал ответственным ведомствам проводить анализ информации путем наблюдения и сбора разведданных, а также тесно взаимодействовать по данному вопросу с международным сообществом, в том числе с США», — цитирует премьер-министра Rsk.co.

Японское правительство, по его словам, намерено значительно укрепить оборонительные возможности страны «для защиты территории, акватории, жителей и воздушного пространства страны».

Как известно, лучшая защита — это нападение, а лучший способ предотвратить удар — нанести превентивный удар. Кисида рассуждает именно так. На днях он заявил о том, что технологии сверхзвуковых и баллистических ракет продолжают развиваться, поэтому с точки зрения безопасности народа Японии следует пересмотреть национальную стратегию обороны. В частности, в нее может быть включен пункт о нанесении превентивных ударов по своим врагам или тем, кого Токио таковыми считает.

Что ж, каждый имеет право на оборону. Но есть пара нюансов. Во-первых, безопасность Японии обеспечивается Соединенными Штатами Америки, ведь любой, напавший на Японию, неизбежно сталкивается с армией США — хотя бы по той причине, что невозможно атаковать Японию, не задев американские военные базы.

Во-вторых, смущает акцент на разнице между «врагами Японии» и «теми, кого Япония таковыми считает». Ведь кто, когда и по каким критериям будет считать — не уточняется, а значит, в список гипотетических врагов — мишеней для превентивных ударов может попасть кто угодно.

Рискну обозначить трех потенциальных врагов Японии. Естественно, на первом месте Северная Корея. Думаю, что присуждение второго места Китаю также ни у кого возражений не вызовет. А вот на третьем месте, очевидно, Россия.

Вообще-то, мы можем с полным правом считаться противником Японии, поскольку у нас с этой страной до сих пор нет мирного договора. В свое время СССР (а Россия является его юридическим преемником) не подписал даже Сан-Францисский договор, который с Японией подписали более 60 стран. Так что мы, получается, до сих пор в состоянии войны.

Конечно, состояние войны было прекращено в результате подписания Московской декларации 1956 года, однако отсутствие мирного договора, несомненно, оставляет пространство для напряженности в наших отношениях.

И еще один момент: если признавать ту самую декларацию, то Россия вроде бы как должна передать Японии Курильские острова, как настаивают в Токио.

Тут свои тонкости. Начнем с того, что, подписав капитуляцию еще в 1945-м, Япония отказывалась от всех территориальных претензий к кому бы то ни было, и требования «вернуть» Курилы, по сути, означают попытку пересмотра итогов Второй мировой. Во-вторых, территориальные потери Японии по результатам войны были закреплены в том самом Сан-Францисском договоре. Но, как было сказано выше, Москва его не подписала, а в тексте договора не уточнялось, в чью пользу произошли эти потери.

И потом при обсуждении договора в Сенате США была принята односторонняя резолюция, содержавшая оговорку, что его условия не будут означать признания за СССР каких бы то ни было прав или претензий на территории, принадлежавшие Японии на 7 декабря 1941 года, равно как и признания каких бы то ни было положений в пользу СССР в отношении Японии, содержащихся в Ялтинском соглашении.

Конечно, резолюции Сената США не имеют для нас никакого значения, я напомнил о ней лишь для того, чтобы продемонстрировать, что Вашингтон может в любой момент поддержать территориальные претензии Японии, сославшись на этот юридически обязательный для него документ. По факту США претензии Японии уже поддерживают — недавно разразился скандал с процедурой выдачи грин-карт, для получения которых жителям Курил надо указывать Японию в качестве страны происхождения.

В любом случае все это юридическая казуистика, которая касается только нас и японцев. Однако не стоит сбрасывать со счетов мнение США. Напомню, что именно они помешали реализации декларации 1956 года с передачей Японии двух островов — подтолкнули Токио потребовать все четыре острова Южных Курил, пригрозив проблемами с возвращением Окинавы, если Токио договорится с Москвой.

Стоит напомнить, что с тех пор мы к этому вопросу особо не возвращались, и отсутствие мирного договора нам особо жить не мешало. Новая волна разговоров о «возврате» Курил началась после 2014 года, когда между Россией и Западом началась фактически новая холодная война. Совпадение?

Есть все основания сомневаться, что актуализация темы была инициативой Японии. Тем более очевидно, что американцам эти острова нужны даже больше, чем японцам, чтобы, воспользовавшись условиями соглашений с Японией, по которым они могут размещать свои военные объекты на всей ее территории без согласия на то японских властей, сразу же построить там свои базы, фактически заперев наш Тихоокеанский флот в Охотском море. И тут для начала хватит и двух островов, о которых идет речь в пресловутой декларации.

Вернуться к обсуждению того документа стороны решили в Сингапуре в 2018 году. Тут снова надо сделать ряд оговорок. Во-первых, речь шла о возврате к диалогу на основе совместной советско-японской декларации. На основе — это не означает ее обязательной и немедленной имплементации. Во-вторых, японцы явно решили пойти по пути Украины, которая уже седьмой год в одностороннем порядке переписывает Минские соглашения, меняя местами пункты.

Так вот, в декларации было сказано, что СССР МОЖЕТ передать Японии два острова В ПОРЯДКЕ ДОБРОЙ ВОЛИ. То есть может передать, а может и не передать. В зависимости от выполнения ряда условий, пока остающихся за кадром. Тогда, в 1956-м, СССР добивался вывода с территории Японии американских баз. Сегодня условием России могли бы стать КАК МИНИМУМ гарантии неразмещения их на передаваемых Токио территориях.

Понятно, что таких гарантий не может дать никто, даже сами американцы. Пару лет назад командующий ВС США в Японии уверял, что Вашингтон ничего такого не планирует, но чего стоят эти слова?

И да, в декларации 1956 года говорится о возможности передачи островов ПОСЛЕ заключения мирного договора. После, а не до. Сегодня же японская сторона настаивает на том, что договор может быть заключен лишь после «решения территориального спора».

Если Синдзо Абэ все же на этом моменте внимание не акцентировал, то Фумио Кисида именно это и сделал.

«С Россией заключения мирного договора не будет без решения территориального вопроса. Я буду стремиться к развитию всего комплекса японско-российских отношений, включая подписание мирного договора», — сказал он.

Но это далеко не все, что уже успел заявить новый глава японского правительства, будучи менее чем месяц в должности. После телефонного разговора с президентом России Кисида рассказал журналистам, что мирный договор между двумя странами может быть заключен только после решения вопроса о принадлежности всех островов южной части Курил, на которые претендует Япония.

Видимо, журналисты сочли, что что-то не так поняли, и в лоб задали премьеру вопрос о том, что в декларации 1956 года прописана возможность возврата только двух островов, на что тот ответил:

«Мы будем вести с Россией переговоры по мирному договору, твердо занимая позицию на принадлежность Японии всех четырех островов. В этом отношении наш курс остается неизменным».

Ну и вишенка на торте. Кисида заявил, что на острова южной части Курил распространяется суверенитет Токио. Он подчеркнул, что настроен на упорные переговоры с Москвой по этому вопросу с опорой на все предыдущие договоренности.

О каких договоренностях он говорит? О Сингапурских, на которых и был закреплен возврат к обсуждению декларации 1956 года? Но он же сам — своими высказываниями о четырех островах вместо двух и необходимости заключать мирный договор после решения территориального спора — их перечеркнул…

Простите, о чем с ним после всего этого вообще говорить?

Стоит отметить: японская пресса сразу отметила, что Кисида будет занимать гораздо более жесткую позицию, чем его предшественники. Так, газета Hokkaido Shimbun подчеркивает, что Кисида отошел от линии своего предшественника на возвращение лишь Хабомаи и Шикотана после подписания мирного договора. Издание напоминает, что Кисида в бытность главой МИД в правительстве Абэ неоднократно высказывал недовольство «дипломатией примирения», осуществляемой тогдашним кабинетом, — по его мнению, подходы к Москве были «излишне мягкие».

Очевидно, теперь, дорвавшись до власти, Кисида исполняет свою давнюю мечту «об ужесточении подходов». Казалось бы, нам какое дело? Ну не хотят по-хорошему договориться (им, к примеру, предлагали совместную деятельность на островах, но японцы настаивали на том, что она возможна лишь вне российской юрисдикции, т. е. давали понять, что ни о чем договориться не удастся), ну и ладно. Жили десятки лет без мирного договора, без японских инвестиций, и еще проживем. Пусть себе вещают своей внутренней аудитории все, что заблагорассудится. Не пойдут же они отвоевывать острова у ядерной державы.

Сегодня не пойдут, да. А завтра… я бы не стал питать излишнего оптимизма.

Японское общество основательно приучают к мысли о возможности такого сценария. Достаточно почитать комментарии читателей японских СМИ, которые призывают власти «быть с Россией пожестче», создать собственное ядерное оружие и ударить по России, «превратив ее в море огня».

Надо понимать, что японские власти на рост подобных настроений в лучшем случае смотрят сквозь пальцы, а в худшем — сами же их подогревают. И за спиной у них стоят США, которые, если сами японцы вдруг решат соскочить с темы, просто не дадут им этого сделать.

А новые власти Японии и не намерены соскакивать, как раз наоборот. Тем более что, как отмечает все та же Hokkaido Shimbun, Кисида «придерживается односторонней ориентации на США». По мнению японских экспертов, именно боязнь встретить негативную реакцию США на позицию чрезмерного примирения с Россией заставляет Кисиду ужесточать ее.

Опять же, ужесточение позиции не означает того, что Токио попытается отобрать у России острова силой. Тем не менее ряд моментов вызывает беспокойство.

В последние годы происходит ползучая милитаризация Японии. Той, напомню, которой после поражения во Второй мировой запрещено иметь вооруженные силы. Однако имеющийся симулякр под названием «силы самообороны» давно по факту является полноценной армией, и японские политики последовательно придумывают законы, позволяющие нивелировать «пацифистскую» статью Конституции.

Еще в 2011-м у японцев появилась первая военная база за рубежом — в Джибути. В июле 2014 года была принята резолюция, разрешающая использовать «силы самообороны» не только при нападении на страну, но также в случае нападения на союзников и при серьезной угрозе такого нападения. А год спустя — закон о расширении полномочий «сил самообороны», позволяющий использовать их за пределами страны.

Кроме того, происходит накачка всего региона оружием с подачи американцев. Так, США развернули в АТР систему противоракетной обороны. В Южной Корее уже развернута система THAAD. Те же ракеты планировалось разместить в Японии, однако решили в итоге развернуть Aegis Ashore (те самые, что уже стоят в Румынии, которые способны запускать как противоракету, так и полноценную ракету с ядерной боеголовкой). Правда, тут вышла накладка — простые японцы буквально взбунтовались против превращения в мишень для Китая и России, в итоге японские власти отказались от их развертывания на суше, оставив их, впрочем, на эсминцах морских сил Японии.

Еще в 2014-м японская пресса сообщала о том, что Токио занимается укреплением обороноспособности отдаленных островов и формирует морскую десантную бригаду, которая будет оснащена американскими бронетранспортерами морской пехоты. Кроме того, внимание обращалось на то, что японские «силы самообороны» совместно с американцами регулярно проводят учения, включающие отработку применения в боевых условиях конвертопланов MV-22 Osprey (которые США не предоставляют никому даже для учений, а в Японии они уже фактически стоят на вооружении), высадку десантов и т. д. По мнению японских же журналистов, это может означать подготовку к решению территориальных споров.

Не может не настораживать тот факт, что еще в 2011-м Токио заказал у Вашингтона 42 истребителя 5-го поколения F-35 . Этот заказ еще не был выполнен до конца, когда в прошлом году стало известно о новой планируемой сделке — еще 105 самолетов. Это лишь в дополнение к уже имеющимся на вооружении у Японии 200 F-15 и около 60 F-2 (клон F-16). Наконец, Токио располагает и внушительной морской группировкой — 3 вертолётоносца, 37 эсминцев, на шести из которых стоят те самые установки двойного назначения Aegis, 6 фрегатов с американскими противокорабельными ракетами «Гарпун», 16 подводных лодок. Наконец, с американцами ведутся переговоры о закупке универсальных десантных кораблей.

А в ходе дебатов на выборах премьера в прошлом месяце обсуждался вопрос закупки у Франции атомных подводных лодок. И Кисида хоть и не был горячим сторонником данной идеи, но не исключал этого варианта.

Конечно, АПЛ — это еще не ЯО, но очень широкий шаг к обладанию им. Понятно, что вопросы о допуске японцев к тому или иному виду вооружений в конечном счете будут решать американцы. Которые на сегодняшний момент вооружили Токио всем, чем только можно, кроме собственно ЯО. Единственное, что мешает им дать зеленый свет — это «синдром Перл-Харбора», прочно укоренившийся в головах не одного поколения американских военных, — японцам не доверяют настолько, чтобы давать им оружие, которое Вашингтон не сможет контролировать.

Но все эти синдромы лечатся временем. И не исключено, что если завтра США решат создавать полноценный ядерный противовес России, Китаю и КНДР в регионе, то ЯО может внезапно появиться и у Австралии, и у Японии.

А, для того чтобы попытаться отобрать у России острова, ЯО даже необязательно. Не просто так же они отрабатывают десантные операции по захвату островных территорий. План вполне может быть таким: стремительно взять острова под контроль и поставить Россию перед фактом. Расчет на то, что Россия не станет наносить ядерные удары, испугавшись столкнуться в итоге с базирующимся в Японии 7-м флотом США. Кстати, в Европе выходит немало исследований, где серьезные военные аналитики предлагают по-быстрому захватить Калининград — в полной уверенности, что Россия не станет из-за этого развязывать третью мировую. Почему бы не опробовать это на Курилах?

Не для того ли американцы уже второй раз нагло вторгаются в наши воды в Японском море, чтобы проверить, насколько жестко мы готовы реагировать. Если бы Россия реагировала вяло, это наверняка добавило бы безрассудного оптимизма сторонникам силового решения «территориального вопроса».

Очевидно, они не читали нашу ядерную доктрину, в которой сказано, что угроза территориальной целостности станы может стать поводом для применения ЯО. Ну или уверены, что мы не решимся. Но проверять пока боязно.

Уместен ли тут излишний оптимизм? Очевидно, это понятие индивидуальное.

Вот, к примеру, политолог Евгений Сатановский в заявлениях Кисиды видит признаки того, что Токио хочет полномасштабного вооруженного конфликта.

«Гитлер тоже перед войной много чего сказал „для внутреннего употребления“, а потом весь мир кровью захлебнулся. Некоторые это ещё помнят… Реваншизм — страшная сила, особенно контролируемый извне. Тем более, Япония в войну была не просто союзником Третьего рейха, но совершила такое количество военных преступлений и ответственна за смерть стольких десятков миллионов людей в Азии, что этого ей жители оккупированных ею стран и территорий вовек не забудут. Причём чего там, в отличие от Германии, не было, так это признания своей вины за геноцид. Обошлось американским контролем над страной и её элитой, будущая внешняя агрессия которой была поставлена Вашингтоном под свой контроль. И, похоже, вот-вот может опять взорваться, превратив регион в поле новой большой войны, в которую вполне может быть вовлечена и Россия», — пишет он.
«Премьер-министр Японии делает одно заявление за другим в таком стиле, который иначе чем подготовкой к войне назвать язык не поворачивается. Одно слово — отжигает человек, особо себя в выражениях не стесняя. И понять его можно. Штаты сейчас не просто ослабили контроль над всеми своими союзниками, они их сами на всех своих соперников притравливают, как могут, пытаясь разжечь конфликты и в Европе, и в Центральной и Юго-Восточной Азии. Сами ввязываться в войны после всех конфликтов на Ближнем и Среднем Востоке последних 20 лет, которые они как минимум не выиграли, они не склонны, а спровоцировать их, заодно ослабив союзников, с которыми они в экономике конкурируют, — это святое.
И в этом ключевой момент. Ибо реваншизм, несомненно, существующий в японском обществе (которое, к слову, давно и благополучно забыло, кто и за что бомбил их в августе 1945-го), подпитывается стремлением США переформатировать Азиатско-Тихоокеанский регион, лишить Китай первенства в нем, а в идеале — уничтожить как конкурента в борьбе за мировое господство. И в этой борьбе все средства хороши, особенно если Штаты поймут, что они упустили все возможности остановить рост Китая мирными средствами и что терять им нечего…
Остаётся, надеясь в глубине души на лучшее, готовиться к худшему, с учётом не только текущей ситуации, но и возможного её развития по самому неблагоприятному сценарию. Заявления японского премьера требуют проработки всех возможных сценариев военного конфликта с Японией, от ограниченного столкновения в случае попытки провокации в районе Южных Курил, до тотальной войны на уничтожение, если Япония нанесёт удар по российским военным объектам на Дальнем Востоке», — пишет Сатановский.

При всем гротеске описываемого им сценария на него стоит обратить внимание. Тем более что задача военных — быть готовыми к войне с любой стороны и в любой момент.

То же касается и японских военных. Нелишним будет вспомнить, что Русско-японская война 1904−1905 гг. и Перл-Харбор также фактически начинались с «превентивных ударов» японцев. Несмотря на то, что они больше полувека ни с кем не воевали, японские генералы наверняка помнят, что такое военная тактика. И американцы регулярно помогают им освежить память на учениях, в том числе по захвату островов условного противника…

Дмитрий Родионов,
директор Центра геополитических исследований Института инновационного развития

Постоянный адрес новости: eadaily.com:8080/ru/news/2021/10/20/tretya-russko-yaponskaya-kogda-tokio-reshitsya-na-voynu-za-kurily
Опубликовано 20 октября 2021 в 09:32
Все новости

29.11.2021

Загрузить ещё
Опрос
Что вы думаете о названии «QR-код»?
Результаты опросов
Актуальные сюжеты
Facebook