Меню
  • USD 73.95 -0.27
  • EUR 83.78 -0.18
  • BRENT 70.44 +2.73%

Конфуцианская этика и дух сицзиньпинизма: власти Китая предлагают бизнесу новый пакт

Политическое и идеологическое влияние председателя КНР Си Цзиньпина уже сопоставимо с основателем современного Китая Мао Цзедуном. Иллюстрация: asianews.it

Недавняя серия обвалов на фондовых биржах Китая стала еще одним подтверждением того, что руководство КНР намерено всерьез изменить правила игры в экономике страны, ужесточив требования к ответственности бизнеса перед обществом. За последний год усиление регулирования затронуло многие сферы — от образовательных и финансовых услуг до азартных игр и рынка нефтепродуктов. Однако вряд ли это закручивание гаек на фоне продолжающегося ухудшения отношений Китая с Западом способно сильно снизить интерес международных инвесторов к китайским компаниям и в целом к китайской экономике, которая, даже несмотря на замедление, остается главным ориентиром роста для всего мира.

«Мы продолжим поддерживать инновационное развитие малых и средних предприятий, углубим реформы нового внебиржевого рынка ценных бумаг, создадим Пекинскую фондовую биржу и построим основную площадку для обслуживания инновационных малых и средних предприятий», — заявил 2 сентября председатель КНР Си Цзиньпин, обращаясь к участникам Китайской международной ярмарки торговли и услуг. Между анонсом новой фондовой площадки и ее регистрацией прошло лишь несколько часов: уже на следующий день китайская Общегосударственная система по продаже акций малых и средних предприятий (NEEQ) внесла в уставный капитал Пекинской фондовой биржи 1 млрд юаней (около $ 155 млн).

Этот жест китайского руководства, а равно и другие его недавние заявления по фондовому рынку, о которых еще будет сказано ниже, определенно преследовали цель успокоить инвесторов после нескольких вполне рукотворных коррекций на биржах, состоявшихся нынешним летом. В последнюю декаду июля китайские власти объявили об ужесточении регулирования сразу в нескольких ключевых секторах экономики страны, и это сразу же спровоцировало распродажу ценных бумаг представляющих их компаний. В результате гонконгский индекс Hang Seng тут же потерял более 4%, опустившись до самого низкого уровня с декабря 2020 года, а индекс материковых компаний Китая Hang Seng China Enterprises обвалился на 5%.

Среди наиболее пострадавших представителей бизнеса оказались операторы образовательных услуг, для которых были введены ограничения по доступу к финансированию, девелоперы (банкам было предписано поднять ставки по ипотеке для покупателей первого жилья) и высокотехнологичные компании наподобие холдингов Alibaba и Tencent. Эти два гиганта китайской онлайн-экономики с капитализацией на середину лета соответственно в $ 642 млрд и $ 776 млрд в последнее время были подвергнуты весьма внушительным санкциям за «недобросовестные практики».

Еще в апреле империи мультимиллиардера Джека Ма Alibaba был выписан антимонопольный штраф на рекордную сумму в эквиваленте $ 2,8 млрд — 4% от продаж на китайском рынке в 2019 году, а в июле телеком-корпорация Tencent была наказана на примерно $ 1,5 млрд за недостоверную отчетность и антиконкурентные практики. Правда, для ее основателя Ма Хуатэна эта сумма едва ли окажется неподъемной, — по оценке Forbes, он занимает 15-е место в рейтинге самых богатых людей мира с состоянием в $ 50,8 млрд. Но в середине августа ужесточение правил игры для Alibaba и Tencent продолжилось. После того как государственная администрация КНР по регулированию рынка выпустила проект правил, направленных на борьбу с недобросовестной конкуренцией в Сети, их акции сразу потеряли почти 5%.

Закручивание гаек коснулось и других рынков, которые еще недавно чувствовали себя фаворитами китайских властей. Например, по данным агентства Bloomberg, в августе в Китае до 14-месячного минимума упала переработка нефти после того, как государство ужесточило правила игры для независимых НПЗ, именуемых в КНР «чайниками». В прошлом году этим предприятиям выдавались повышенные квоты на импорт резко подешевевшей в начальный период пандемии нефти, но теперь им предъявлена серия претензий — от неэкологичности производственных технологий до внешнеэкономических махинаций. В частности, китайские власти больше не закрывают глаза на такие схемы, как ввоз нефти под видом «битумной смеси» для занижения налогооблагаемой базы, а квоты на импорт сырья для «чайников» были существенно снижены.

Из последних новостей: на днях в Китае были введены новые правила, ограничивающие количество времени, которое несовершеннолетние могут тратить на видеоигры, тремя часами в неделю. Официальным обоснованием этого решения стало беспокойство властей за физическое и психическое здоровье детей, и это не первое подобное решение — ограничения по времени и ежемесячным расходам на игры уже вводились в 2019 году. Кроме того, было установлено правило, что при входе в игры несовершеннолетние должны использовать свои настоящие имена и национальные идентификационные номера, что потребовало от разработчиков игр наподобие той же Tencent вкладываться в создание дополнительных систем идентификации. Теперь же китайский регулятор медиа намерен увеличить частоту и интенсивность проверок бизнеса, занимающегося онлайн-играми, а также усилить меры по наказанию компаний-нарушителей новых правил. Требования усилить надзор прозвучали и в адрес родителей (чьи учетные записи легко используют дети) и школ.

Одна из распространенных интерпретаций последних коллизий в отношениях между бизнесом и государством в Китае — обострение борьбы между политическим и экономическим источниками власти в китайском обществе, которые ассоциируются с разными группами влияния. Крупнейшие бизнесмены наподобие Джека Ма и Ма Хуатэна во многом обязаны своим состоянием включению Китая в глобальную экономику. Первоначальной точкой входа для этого процесса стал юго-восток страны, где активно создавались особые экономические зоны, породившие компании наподобие Tencent со штаб-квартирой в расположенном неподалеку от Гонконга городе Шэньчжэнь, еще в 1980-х годах ставшем фасадом курса «политики реформ и открытости» Дэн Сяопина. Политическим центром сторонников углубления курса на глобализацию был Шанхай, который во второй половине 1980-х годов возглавлял уроженец южной провинции Цзянсу Цзян Цзэминь, новый китайский лидер после ухода Дэна на покой. Ху Цзиньтао, занимавший пост председателя КНР с 2003 по 2013 год, также является выходцем из провинции Цзянсу, а трамплином для карьерного взлета для него стал китайский комсомол — Коммунистический союз молодежи КНР. К видным «комсомольцам» относится и родившийся в юго-восточной провинции Аньхой Ли Кэцян — действующий премьер Государственного совета Китая и несостоявшийся преемник Ху Цзиньтао на посту председателя КНР.

Ныне занимающий этот пост Си Цзиньпин считается представителем совершенно другой группы китайской элиты — детей соратников Мао Цзэдуна, условно именуемых «принцами». Их политическим центром является Пекин, а существенно меньшее экономическое влияние компенсируется контролем над другими источниками власти — военным и идеологическим. Си Цзиньпин, сын одного из создателей Вооруженных сил КНР Си Чжунсюня, имеет безоговорочную поддержку армии и силовых структур, а свидетельством его авторитета в доктринальной сфере является хотя бы то, что его имя внесено в Устав Компартии Китая — до некоторых пор такой чести был удостоен только председатель Мао. На днях Министерство образования Китая объявило, что теперь в учебную программу школ и вузов страны будут включены «Мысли Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой в новой эре». Иными словами, «сицзиньпинизм» фактически стал официальной идеологией современного Китая, и неудивительно, что государственные СМИ активно поддержали недавние меры по ужесточению регулирования бизнеса.

«Это возвращение от группы капиталов к массам людей и трансформация капиталоориентированной модели в модель, ориентированную на народ. Таким образом, это политическое изменение, и народ вновь становится главным органом этого изменения, а те, кто будет мешать реализовать это изменение в сторону народа, будет отброшен… Рынок капитала больше не будет раем для капиталистов, которые могут разбогатеть за одну ночь. Рынок культурных мероприятий больше не будет раем для неженок-звезд, а новости и общественное мнение больше не будут поклоняться западной культуре», — написал в конце августа на своих страницах в соцсетях бывший главный редактор газеты Central China Electric Power News Ли Гуанмань. Через несколько часов его комментарий был перепечатан большинством центральных официальных изданий КНР.

Именно в этом контексте и прозвучало заявление Си Цзиньпина о создании в Китае новой биржевой площадки, а новые успокоительные высказывания для инвесторов сделало руководство Комиссии по регулированию ценных бумаг КНР. Председатель этой структуры И Хуэйман 6 сентября на конференции, организованной Всемирной федерацией бирж, сообщил, что Китай будет и дальше открывать свои рынки капитала для внешних игроков, а его заместитель Фан Синхай представил детали дальнейшего дерегулирования. В частности, было объявлено, что Китай расширит каналы для иностранного капитала для инвестирования в свои ценные бумаги и фьючерсные рынки, а также будет способствовать выпуску облигаций, деноминированных в юанях, иностранными учреждениями. Также Китай улучшит внутренние правила биржевого листинга для зарубежных компаний и обещает сохранить статус Гонконга как глобального финансового центра.

Несмотря на беспокойство относительно новых правил игры для бизнеса, объем фондовых торгов в Китае за последние шесть недель превысил 1 трлн юаней ($ 154,5 млрд) и стал рекордным за год, отмечает Дмитрий Исаков, руководитель инвестиционно-аналитического портала Megatrends. По его мнению, это было обусловлено большим интересом инвесторов к акциям класса А, а также ротацией секторов: столкнувшись с неопределенностью на рынке, часть инвесторов стала продавать акции с высокой оценкой роста и покупать более защищенные активы с низкой оценкой. Другая группа инвесторов перешла от долгосрочной стратегии инвестирования к краткосрочной, хотя не обошлось и без спекуляций розничных игроков.

«Так или иначе, китайский фондовый рынок, второй по величине в мире, значительно вырос после краха 2015 года и привлек большую долю институциональных инвесторов. Думаю, что шанхайский фондовый рынок еще ждут всплески пиковых показателей, поскольку прогнозируемый слабый рост экономики Китая дает инвесторам повод ожидать, что денежно-кредитная политика его властей со временем будет ослабевать, что обусловит приток большего объема капитала», — комментирует Дмитрий Исаков, отмечая еще два высокоприбыльных рынка, которые в последнее время находятся под пристальным вниманием китайских властей, — операции с недвижимостью и криптовалютами. В первом случае китайское руководство не раз подчеркивало, что «дома предназначены для проживания, а не для спекуляций», а во втором — недавние ограничения транзакций с цифровыми валютами было мотивировано высоким уровнем углеродных выбросов при их майнинге и закрытием сразу 26 угольных шахт в стране.

Действия со стороны регуляторов не впервые приводят к распродаже китайских активов — нечто подобное происходит каждые три-четыре-пять лет, добавляет Игорь Кучма, аналитик платформы ТradingView, Inc. Означает ли это, что китайский рынок акций — непривлекательное место для обычного инвестора, задается вопросом эксперт: «Отнюдь, учитывая хотя бы тот факт, что вслед за падением шло быстрое восстановление. Кстати, подобную картину мы наблюдали и на прошлой неделе».

В то же время, отмечает Игорь Кучма, проблем в китайской экономике не стало меньше, несмотря на то, что она почти полностью восстановилась от негативных последствий коронавируса. Перед властями КНР по-прежнему стоит вопрос о том, как не допустить долгового кризиса наподобие событий 2008 года. В Китае, напоминает Кучма, поистине огромное количество «компаний-зомби», способных обслуживать свои долги и выживать только благодаря дешевым кредитам, но как только Нацбанк КНР решит повысить ставку, рынок может столкнуться с каскадом дефолтов, что, в свою очередь, ударит и по мировой экономике. Но пока действия китайских регуляторов с акцентом на рынках образования и видеоигр намекают на то, что правительство КНР не остановится ни перед чем для достижения своей цели — увеличения рождаемости в стране, поэтому инвесторам стоит обратить внимание на китайские сектора, связанные с рождением и воспитанием детей.

Введенный китайскими властями запрет на выход на IPO образовательных компаний связан по большей части с реформой, направленной на доступность образования, поскольку высокие цены на услуги в этой сфере могут плохо сказаться на уровне образования в целом, считает Марго Пажинская, финансовый аналитик онлайн-брокера DotBig. Кроме того, указывает она, на фоне достаточно высоких показателей, которые в прошлом году демонстрировала экономика Китая, активно рос и фондовый рынок: на биржу пришло большое количество инвесторов, в том числе неквалифицированных. В результате такого резкого скачка произошла переоценка рынка — было зафиксировано рекордное падение за последние восемь лет.

«Сильный отток уже произошел, поэтому сейчас стоит ожидать стабилизации рынка, а новая биржа способна помочь национальной экономике и дать доступ к самому дорогому рынку Азии — китайским IT-компаниям, — прогнозирует эксперт. — Динамика может улучшиться к концу года при условии, что новый штамм коронавируса не ударит по китайской экономике с новой силой».

Постоянный адрес новости: eadaily.com:8080/ru/news/2021/09/08/konfucianskaya-etika-i-duh-siczinpinizma-vlasti-kitaya-predlagayut-biznesu-novyy-pakt
Опубликовано 8 сентября 2021 в 11:58
Все новости
Загрузить ещё
Опрос
Что вы думаете о названии «QR-код»?
Результаты опросов
Актуальные сюжеты
ВКонтакте