• USD 73.71
  • EUR 86.84
  • BRENT 45.32

Рубен Сафрастян: Турция находится на пределе своих возможностей

Рубен Сафрастян. Иллюстрация: armeniasputnik.am

Чем вызвано решение властей Турции превратить собор Святой Софии в Стамбуле из музея в мечеть? Как пандемия сказалась на рейтинге Реджепа Эрдогана? Заявление президентов России, Турции и Ирана по Сирии носило чисто декларативный характер или три страны реально готовы сотрудничать в урегулировании сирийского конфликта? Можно ли считать, что Турция вернулась на мировую арену как полностью самостоятельный игрок? Есть ли сейчас возможность нового процесса по нормализации армяно-турецких отношений? На эти вопросы EADaily ответил директор Института востоковедения НАН Армении тюрколог Рубен Сафрастян.

— Насколько важно и символично решение властей Турции превратить собор Святой Софии в Стамбуле из музея в мечеть?

— Это я считаю довольно важным шагом со стороны турецкого правительства и лично Эрдогана, потому что он выражает, на мой взгляд, тенденцию, которая наметилась, скажем так, в поздний срок его власти. Она состоит в том, что Эрдоган пытается как-то не то чтобы пойти против идей Ататюрка, а как-то отмежеваться от них. А решение о превращении собора Святой Софии в музей было принято в период правления Ататюрка. Так что этим своим шагом Эрдоган пытается выразить свою позицию более глубоко.

Я рассматриваю все это с точки зрения того, что в 2023 году исполняется 100 лет со дня провозглашения Турецкой Республики, и есть признаки того, что Эрдоган пытается этот столетний юбилей использовать для того, чтобы ещё больше выразить свое особое место в истории Турции. Он, по всей видимости, даже собирается объявить о начале нового периода в истории Турецкой Республики, новой республики. Так что если с этой точки зрения рассматривать решение Эрдогана, то становится ясно, что решение о превращении храма Святой Софии в мечеть как раз находится в русле этой его политики.

Надо отметить и другое обстоятельство. Я считаю, что, пойдя на такой шаг, Эрдоган решает задачу спасения своего рейтинга. Он пытается заручиться поддержкой тех слоев турецкого общества, которые настроены более консервативно, более в пользу ислама, так сказать, в своем чистом виде. Я думаю, что этот расчет тоже сыграл свою роль.

— Вы сказали про рейтинг. Как пандемия сказалась на рейтинге Эрдогана? И есть ли на политическом поле Турции политик, который может собрать вокруг себя протестный электорат?

— Очень хороший вопрос. И вопрос к месту. Я думаю, как раз такая фигура появляется. И фигура эта — нынешний мэр Стамбула Экрем Имамоглу. Это довольно молодой политик, который пользуется довольно большой популярностью среди жителей Стамбула. Он представляет оппозиционную Народно-республиканскую кемалистскую партию (НРП). И некоторые турецкие обозреватели пишут о том, что как раз решение Эрдогана о превращении храма Святой Софии в мечеть было направлено на то, чтобы оттянуть голоса сторонников Имамоглу к себе.

Очень интересное намечается соперничество между этими двумя политиками. Эрдоган принял такое решение, а Имамоглу не остался в долгу — он пошел на другой шаг. На средства городского бюджета были приобретены картины итальянского художника Джованни Беллини, на которых изображен султан Фатих Султан Мехмет — тот, кто завоевал Стамбул. Так что Имамоглу тоже, так сказать, пытается не остаться в долгу.

Почему я остановился на фигуре Имамоглу? Мне кажется, что он более или менее такая фигура, которая может бросить перчатку Эрдогану. Он даже, я думаю, больше шансов имеет на успех в борьбе с Эрдоганом, чем руководитель НРП, который не является такой харизматичной личностью. А в целом намечается снижение популярности руководимой Эрдоганом правящей Партии справедливости и развития, рейтинги падают. Об этом свидетельствуют опросы общественного мнения, результаты которых стали известны в последнее время. Конечно, личный рейтинг Эрдогана пока вне конкуренции, но его партия уже теряет голоса своих сторонников. И, я думаю, это тоже играет свою роль в решении Эрдогана по храму Святой Софии.

— Бывшие соратники Эрдогана создали свои собственные политические силы. Насколько серьезную конкуренцию они могут создать своему бывшему лидеру?

— Я как раз недавно смотрел рейтинги. У Али Бабаджана, по-моему, 4 процента, а у Ахмета Давутоглу 3 процента. Конечно, пока их рейтинги несопоставимы с рейтингом Эрдогана и его партией, и сравнивать их нет смысла. Но, с другой стороны, эти партии свой электорат имеют в большей части как раз среди сторонников самого Эрдогана и его партии. Так что партия Эрдогана теряет часть своих сторонников. С этой точки зрения партии Бабаджана и Давутоглу могут нанести довольно ощутимый вред Эрдогану. Поэтому, я думаю, он серьезно воспринимает этих деятелей. Больше, конечно, тут проявляет активность харизматичный Бабаджан, известный экономист. Так что, я думаю, хоть пока они и не представляют реальную угрозу для Эрдогана, но могут стать опасной картой в борьбе с ним, могут значительно ослабить его влияние.

— На днях прошли переговоры президентов России, Турции и Ирана в режиме видеоконференции, по итогам которой стороны выступили с совместным заявлением по ситуации в Сирии. Заявление носило чисто декларативный характер или три страны реально готовы сотрудничать?

— Я думаю, что желание сотрудничать есть, но это желание исходит из тактических интересов этих сторон. В стратегическим смысле у них слишком разные позиции, интересы у них не совпадают. А в тактическом смысле они идут на определенные шаги, которые исходят из сиюминутных интересов для решения каких-то конкретных задач. Но все-таки я считаю, и это еще раз подчеркиваю, что в стратегическом смысле этот союз не имеет своего будущего, это просто тактический союз.

— А этот «тактический союз» может помочь решить конфликт в Сирии?

— Конечно, есть какие-то соображения тактического характера насчет будущего Сирии, которые все-таки делают возможным сближение позиций, но в стратегическом смысле с глубинными интересами, конечно, позиции сторон разные. Если Россия однозначно заинтересована в сохранении территориальной целостности Сирии, сохранении Сирии как сильного государства на Ближнем Востоке, то Турция, конечно, этого не хочет. Для Турции важно решить курдский вопрос. Фигура Башара Асада для Турции неприемлема. В какой-то степени в последнее время, как раз исходя из тактических соображений, Турция как-то сгладила свою острую позицию по отношению к Асаду, которого она не приемлет. Иран тут решает другие вопросы. Для Ирана сохранение Сирии как государства на Ближнем Востоке, которое не является сателлитом США, важно, но, с другой стороны, Иран решает более стратегическую задачу — выход к Средиземному морю через территорию Сирии. И на территории Сирии действуют вооруженные отряды, которые находятся под влиянием Ирана, и есть свидетельства о том, что в какой-то степени они не подчиняются приказам из Дамаска. Так что тут, конечно, все довольно запутанно.

— В последние годы Турция ведет довольно агрессивную политику в Ливии, Сирии, Ираке, Катаре, у берегов Кипра, отстаивая свои интересы в соперничестве с такими мощными глобальными и региональными игроками, как США, Россия, Евросоюз, Иран, Саудовская Аравия, Египет. Можно ли это считать успехом Эрдогана во внешней политике и возвращением Турции на мировую арену как полностью самостоятельного и мощного игрока?

— Я не согласен с той оценкой, что это выражение, так сказать, успешной внешней политики периода позднего Эрдогана, как я называю этот период. Наоборот, я думаю, что Турция глубоко ввязывается в самые разные конфликтные ситуации, которые существуют на Ближнем Востоке. И Турция сейчас в беспрецедентном состоянии находится, ее вооруженные силы находятся и на территории Сирии, и на территории Ирака, и на территории Ливии, уже не говоря о Северном Кипре. И в Катаре несколько сотен турецких солдат, в Африке есть у них база. Это все не имеет прецедентов в прошлом. Успех ли это турецкой внешней политики? Я считаю нет, потому что Турция находится на пределе своих возможностей. Если к этому добавить и то, что фактически страна ведет внутреннюю войну против курдских повстанцев, тут не может быть, на мой взгляд, второго мнения. Эта политика — опасная политика. Опасная не только для региона с точки зрения агрессивности Турции, но и для самой Турции, потому что в любой момент эта политика может привести к тому, что Турция окажется в каком-то серьезном конфликте и ей придется применять вооруженные силы, как это мы видели в Сирии, как это мы видим сейчас — намечается в Ливии.

Так что эта политика по своей сути авантюрная. И тут Эрдоган показывает себя как политик не только непредсказуемый, но и как политик, который авантюрист по своей сути. И, я думаю, долго так продолжаться не может. И то, что Турция сейчас идет по пути изоляции в западном мире, — это факт. И это тоже ослабляет позиции Турции. А то, что с РФ у них отношения хорошие, — не думаю, что это имеет стратегический смысл. В любой момент эти отношения могут испортиться, могут обостриться.

— Удалось ли Эрдогану нормализовать отношения с США?

— Сейчас вышла книга Болтона о его времени в качестве советника Трампа, и становится ясно, что наиболее часто Трамп беседовал с Эрдоганом. Беседы у них были по 2 раза за неделю. И даже без предварительной подготовки — просто Трамп звонил Эрдогану. Все-таки, я считаю, что администрация США, в отличие от Конгресса, заинтересована в Турции. Эта заинтересованность довольно большая. Так что приходится идти на какие-то небольшие уступки Турции с тем, чтобы держать ее в узде, так сказать, держать ее на привязи, не рвать окончательно отношения. То же самое касается и НАТО как военно-политического союза. Недавно Макрон критиковал руководство североатлантического альянса за то, что оно закрывает глаза на агрессивные действия Турции в отношении Франции. Был инцидент в Ливии. И, по-моему, даже Макрон говорил, что это все свидетельствует о том, что «мозг нашего союза болен». Так что пока геополитическое положение Турции превалирует в отношениях с союзниками по НАТО, с США, но все-таки можно констатировать, что в последние годы образовалась пропасть в отношениях между Турцией и ее основными западными союзниками.

— В последние дни в Армении много говорится о ремонте автодорог к границе к Турции. О чем это говорит? Свидетельствует ли это о возможности нового процесса по нормализации армяно-турецких отношений?

— Я, честно говоря, ничего позитивного не ожидаю. Тут, по-моему, все ясно. Во всяком случае, для меня. Турция не заинтересована в нормализации отношений с Арменией. Им просто это не надо. Тут, думаю, надо все это рассматривать в более широком спектре, потому что все-таки Турция в эпоху позднего Эрдогана, когда она становится непредсказуемой, агрессивной в самых различных направлениях, нельзя исключать, что агрессивность Турции будет проявляться и на южнокавказском направлении. Вот в этом контексте я рассматриваю активизацию Турции в Нахичевани, подготовку там военной базы, которую Турция фактически ведет уже года два. Если создастся, на взгляд Эрдогана, благоприятное условие, то Турция станет более экспансионистски настроенной на южнокавказском направлении и попытается усилить свое влияние на Южном Кавказе за счет России. Но она не остановится, если Эрдоган вдруг решит, что настал благоприятный момент или надо как-то наказать РФ и так далее. Так что я рассматриваю эти признаки активизации Турции в нашем регионе и в целом на территории Южного Кавказа с этой точки зрения.

Постоянный адрес новости: eadaily.com:8080/ru/news/2020/07/04/ruben-safrastyan-turciya-nahoditsya-na-predele-svoih-vozmozhnostey
Опубликовано 4 июля 2020 в 11:02
Добавьте EAD в свои источники:Яндекс-Новости Google News
Все новости

12.08.2020

Загрузить ещё
Актуальные сюжеты
Facebook
ТОП-10
  • Сутки
  • Неделя
  • Месяц
  1. Российский катер подошел к Бердянску, игнорируя украинские протесты 115972
  2. После жестоких разгонов демонстраций силовиков вывели из Минска 22539
  3. Лукашенко в тупике, Москва снова переиграла Минск — интервью с экспертом 21449
  4. Силовиков вывели из Минска: события ночи 12 августа — EADaily 20589
  5. Актера Ефремова, госпитализированного с инсультом, не нашли в больнице 12364
  6. Победит ли белорусский Майдан? — У украинских радикалов единого мнения нет 9484
  7. В Белоруссии силовики начали стрелять в протестующих на поражение 9314
  8. Румыния намерена «поглотить Молдавию без Приднестровья» 8776
  9. Попова: В России началась циркуляция гриппа 7251
  10. В Минске нашли автобус из России с амуницией для подготовки беспорядков 7080
  1. Мир предупредили о катастрофе страшнее Covid-19: события ночи 7 августа 323465
  2. Лукашенко в тупике, Москва снова переиграла Минск — интервью с экспертом 261978
  3. Российский катер подошел к Бердянску, игнорируя украинские протесты 115972
  4. Выборы в Белоруссии — 9 августа точка поставлена не будет 103046
  5. Лукашенко и Путин играют пьесу в четыре руки, но один из них этого не знает 93327
  6. Стало известно отношение младшего сына Лукашенко к власти 70784
  7. Осенью коронавирус будет поражать самых «сознательных» граждан — эксперт 65756
  8. Гейтс предупредил мир о катастрофе, которая будет хуже коронавируса 61562
  9. Из прибывшей на Донбасс бригады ВСУ разбежалась половина личного состава 56101
  10. Умер военный преступник Андрей Гергерт, главарь «Правого сектора» 48250
  1. От Харькова до Львова: Зеленский в трех днях от Большой гражданской войны 397303
  2. Мир предупредили о катастрофе страшнее Covid-19: события ночи 7 августа 323465
  3. Лукашенко в тупике, Москва снова переиграла Минск — интервью с экспертом 261978
  4. CNBC: Пока США заняты Китаем, главный сюрприз Западу сделает Путин 177645
  5. Рекордную закупку КНР сравнили с «русским зерновым ограблением» США в 70-х 172445
  6. Алиев: Кричали тысячи, а обратились в военкоматы только полторы сотни 154926
  7. Кадыров и его 14 детей ответили Помпео: «Мы принимаем бой» 154757
  8. Израиль хочет строить в Чечне центры для беженцев из Африки 132753
  9. Умер военный преступник Андрей Гергерт, главарь «Правого сектора» 121865
  10. Россия предъявила Украине «ультиматум», кто первым моргнёт? 121163